AAA
Обычный Черный

Кто не делится найденным, подобен свету в дупле секвойи (древняя индейская пословица)

Предмет синтаксиса. Синтаксические единицы, их различительные признаки. Синтаксические единицы как единицы речи языка

Предмет синтаксиса. Синтаксические единицы, их различительные признаки. Синтаксические единицы как единицы речи языка

Предмет синтаксиса

Синтаксис изучает, с одной стороны, правила связывания слов и форм слов, а с другой — те единства, в составе которых эти правила реализуются,— синтаксические единицы. Минимальные составляющие их — слово и форма слова. Таким образом, синтаксические единицы состоят из компонентов, которые материально представлены высшими морфологическими единицами. Это дает основание рассматривать синтаксис как грамматический уровень системы языка, стоящий над морфологическим.

Разные научные концепции содержат разные перечни синтаксических объектов. В современном отечественном языковедении широко распространено учение о трех синтаксических единицах: словосочетании, простом предложении и сложном предложении. Объектами синтаксиса также являются, с одной стороны, слово (лексема) и форма слова, но не сами по себе и не во всех своих свойствах, а лишь со стороны их связей с другими формами слов и их функции в составе синтаксических единиц, в которые они входят как компоненты, а с другой стороны — единства большие, чем простое или сложное предложение (их называют сверхфразовыми единствами, сложными синтаксическими целыми или текстами); они изучаются в синтаксисе также лишь со стороны связей между входящими в них простыми и сложными предложениями. Так как и слово, и форма слова, и сверхфразовое единство проявляют себя в синтаксисе не во всех своих свойствах, эти объекты и не являются синтаксическими единицами.

  • Синтаксические единицы

Давнюю традицию русской науки составляет выделение двух основных синтаксических единиц — словосочетания и простого предложения.

В. В. Виноградов назвал и определил важнейшее грамматическое свойство простого предложения. Вслед за многими русскими языковедами он обратил внимание на то, что содержание предложения всегда актуализировано, соотнесено с действительностью, с актом коммуникации: предложение обязательно содержит ту или иную модальную и временную характеристику сообщаемого. Ср.: Тут солнце.— Только бы тут было солнце! — Пусть всегда будет солнце! — при почти полном тождестве грамматического строения и лексического наполнения эти предложения различаются тем, что содержание первого оформлено как сообщение о реальном факте, существующем одновременно с моментом речи, второго — как пожелание, третьего — как побуждение.

В речи каждое предложение имеет модально-временное значение: реального факта, отнесенного к тому или иному времени (а значит, соотнесено с речевым актом — «моментом речи» — как точкой отсчета времени), или определенного вида ирреальности, в частности (как это было в наших примерах) желательности или побудительности. Модальные значения тоже связаны с речевым актом, но не через «момент речи», а через позицию говорящего: они несут в себе значение, отражающее позицию говорящего при соотнесении им содержания предложения с действительностью (в нашем примере — желание, волю или констатирующую объективность позиции говорящего). Именно в комплексе грамматических значений, соотнесенных с актом речи, опирающихся на него и его отражающих, увидел Виноградов грамматическую сущность предложения Этот комплекс грамматических значений, всегда имеющий формальное выражение, он назвал предикативностью, использовав термин, который в истории науки наполнялся разным содержанием, но всегда связывался с предложением, отражая так или иначе понимаемую специфику предложения как синтаксической единицы.

Таким образом, различие между словосочетанием и предложением может быть сформулировано как различие между непредикативной и предикативной синтаксическими единицами. Это различие коренное, фундаментальное. Все другие различия или производны от данного, или не всеобщи. Так, производным от признака предикативности ~ непредикативности является признак различия в функциях предложения и словосочетания, а именно: функция коммуникативной единицы у предложения и неспособность словосочетания выступать в этой функции.

Известно несколько существенных, но не всеобщих признаков, различающих предложение и словосочетание. Так, предложение может быть однокомпонентным: Пожар!; Светает; Уходи; Холодно; словосочетание же минимум двухкомпонентно. Однако этот различительный признак не обладает всеобщностью, и потому, опираясь на него, нельзя во всех случаях отличить словосочетание от предложения. Есть предложения, для которых двухкомпонентность совершенно обязательна, она необходимое условие построения предложения как предикативной единицы: Я студент; Курить — здоровью вредить; Погода хорошая и т. п.

Традиционное для русской науки понимание объектов синтаксиса характеризуется тем, что наряду со словосочетанием и простым предложением как особая синтаксическая единица рассматривается сложное предложение.

В функциональном плане оно имеет много общего с простым предложением (что и дало основание сохранить в его наименовании слово «предложение»), но со стороны своей формальной организации сложное предложение является сочетанием предикативных единиц на основе определенной синтаксической связи. Его части обязательно обладают основным конституирующим признаком предложения — предикативностью. В большинстве случаев части отличаются от самостоятельных предложений только тем, что содержат показатели синтаксической связи — союзы и союзные слова: Редеет мгла ненастной ночи, и бледный день уж настаёт (П.); Вновь я посетил тот уголок земли, где я провёл изгнанником два года незаметных (П.); И невозможное возможно, дорога дальняя легка, когда блеснёт в дали дорожной мгновенный взор из-под платка (Бл.).

  • Различительные признаки синтаксических единиц

Итак, в соответствии с общим направлением русской научной традиции и теми идеями, которые представлены в большинстве современных синтаксических теорий, прежде всего в концепции В. В. Виноградова, определим синтаксис как учение о словосочетании, простом предложении и сложном предложении.

Словосочетание — это непредикативная синтаксическая единица, компонентами которой являются слово и форма слова или несколько форм слов, соединенных между собой синтаксической связью.

Простое предложение — это предикативная синтаксическая единица, состоящая из нескольких соединенных между собой синтаксической связью форм слов или из одной формы слова.

Сложное предложение — это синтаксическая единица, компонентами которой являются предикативные единицы, соединенные между собой синтаксической связью.

Различия между синтаксическими единицами имеют чисто грамматический характер; по своему вещественному содержанию словосочетание, простое предложение и сложное предложение могут совпадать. Условием такого совпадения является тождество лексического состава (лексически значимых морфем). Ср.: вечернее рассказывание сказок бабушкой (словосочетание) — Вечером бабушка рассказывала сказки (простое предложение).— Когда наступил вечер, бабушка рассказывала сказки (сложное предложение). Три разные синтаксические единицы дают название одному и тому же событию и различаются лишь теми элементами смысла, которые определяются грамматическими различиями между ними. Словосочетание, являясь непредикативной единицей, представляет событие вне связи с ситуацией речи и оценивающей позицией говорящего. В простом предложении, являющемся предикативной единицей, называемое событие соотнесено с ситуацией речи; причем это соотношение таково, что событие сразу, все в целом оценивается говорящим как реальный факт прошлого. [Ср. тот же смысл, но иную модальную оценку и временную характеристику события говорящим в предложениях: Пусть вечером бабушка рассказывает сказки (побуждение, временной план будущего); Вот бы вечером бабушка рассказывала сказки (желательность, временной план будущего).] В сложном же предложении, каждая из частей которого обладает предикативностью, с ситуацией речи соотнесены порознь оба компонента сообщения о событии, содержащиеся в частях сложного предложения: указание на вечер и на рассказывание сказок бабушкой. При этом оценка говорящим этих составных частей события может и не быть тождественной, как в нашем примере, где в обеих частях значение реальности события и временной план прошлого. Ср.: Вот бы бабушка рассказывала сказки, когда наступит вечер; Пусть бабушка рассказывает сказки, когда наступит вечер — модальная оценка желательности и побудительности относится только к рассказыванию сказок, а наступление вечера оценивается как реальный факт.

Таким образом, различительными признаками синтаксических единиц являются: отсутствие соотнесенности с ситуацией речи, оценки говорящего — непредикати вность (словосочетание); соотнесенность с ситуацией речи, оценка говорящим сразу всего объективного содержания — монопредикативность (простое предложение); соотнесенность с ситуацией речи, оценка говорящим объективного содержания по частям— полипредикативность (сложное предложение). Эти признаки составляют основные, конституирующие характеристики синтаксических единиц, определяют принципы их формальной организации и потому достаточны для того, чтобы, опираясь на них, можно было отличить одни синтаксические единицы от других. Но определения синтаксических единиц могут быть уточнены, развиты и дополнены при специальном рассмотрении каждой из них.

Синтаксические единицы - единицы речи и языка

Единицы синтаксиса представлены множеством речевых проявлений, однако они являются единицами не только речи, но и языка. За каждым конкретным словосочетанием, простым или сложным предложением стоит некая не собственно речевая, а языковая сущность. Например, словосочетание рисует берёзу, употребленное в предложении Сейчас художник рисует берёзу, представляет собой соединение двух словоформ: формы 3-го лица единственного числа настоящего времени глагола рисовать (главный компонент) и формы винительного падежа существительного берёза (зависимый компонент). Но в этом соединении можно увидеть и иное синтаксическое устройство. Его определение предполагает обобщение конкретного речевого материала на основе анализа в парадигматическом аспекте (т. е. по ассоциации) и ведет нас от речи к языку. Анализ предполагает два этапа.

На первом этапе анализа обращение к другим потенциальным речевым соединениям с той же лексемой рисовать, но в иных ее формах (рисовать берёзу, рисуй берёзу, рисуя берёзу, рисующий берёзу и т. д.) и с той же лексемой берёза, но в другой возможной в данном сочетании форме (рисует берёзы — вин. п. мн. ч.), т. е. обращение к иным возможным без нарушения синтаксических правил соединения формам слов рисовать и берёза позволяет установить, что исходное словосочетание рисует берёзу построено по правилу, предполагающему, что словосочетание является соединением слова (лексемы) рисовать, которое может в составе этого соединения быть в любой из своих форм, и формы винительного падежа слова берёза. Форма числа зависимого существительного не участвует в синтаксической связи, она передает только номинативное значение единичности ~ множественности: рисовать берёзу (берёзы). Таким образом, за конкретным речевым сочетанием из двух словоформ стоит образец сочетания слова (рисовать) с определенной формой (вин. п.) другого слова (берёзу).

Если сравнить словосочетание рисовать берёзу (также на основе ассоциативных связей) с такими словосочетаниями, как рисовать лес (поле, ребёнка, прошлое), с одной стороны, и видеть берёзу (поле, ребёнка, прошлое), описать берёзу (поле, ребёнка, прошлое), вспоминать берёзу (поле, ребёнка, прошлое) и т. д.— с другой, то станет ясно, что данный образец словосочетания не специфичен для слов рисовать и берёза. По этому образцу могут быть построены словосочетания из многих слов. Конституирующим признаком таких словосочетаний является то, что главный их компонент — прямопереходный глагол, а зависимый — форма винительного падежа существительного с синтаксическим значением ближайшего объекта '. Строение таких словосочетаний может быть выражено формулой VlransN<s>.nt, где V — глагол, N — существительное, trans — переходный, 4 synt — винительный (четвертый) падеж с синтаксическим значением. Формула читается так: «переходный глагол и имя существительное в форме винительного падежа с синтаксическим значением».

Таким образом, на втором этапе анализа обнаруживается, что за словосочетанием с конкретным лексическим наполнением (рисовать -(- вин. п. существительного берёза) стоит отвлеченный образец, представленный выше в виде формулы, который является единицей языка и допускает широкие возможности лексического наполнения в речи: строить дом, делать дело, копать огород, пить чай, выполоть траву, узнавать новости, беречь время, любить родину, помнить добро, причинять неприятности, допустить неточности, испытывать радость и др.

Отвлеченные образцы стоят и за всеми простыми и сложными предложениями, употребляемыми в речи в составе текстов или как отдельные высказывания. Эти образцы и есть простые и сложные предложения, рассматриваемые как единицы языка. В современной науке они называются структурными схемами, моделями или формулами предложений. Понятие структурной схемы появилось недавно и не в равной мере применено ко всем синтаксическим единицам. Пока описаны в виде закрытого, т. е. исчерпывающего все разнообразие структурных схем, списка лишь простые предложения.

Принцип единства описания разных синтаксических единиц требует, чтобы в виде закрытых списков структурных схем были перечислены также отвлеченные образцы, по которым строятся словосочетания и сложные предложения. О применении понятия структурной схемы к словосочетанию мы уже говорили. Теперь покажем, что оно приложимо и к сложному предложению.

Так, сложное предложение Есть минуты, когда не тревожит роковая нас жизни гроза (Бл.) построено по структурной схеме, которая может быть записана формулой Pi с: (1М„.,пр-+- когда + Р2), где Р(, Р2 -— предикативные единицы, входящие в состав сложного предложения, N — существительное, temp — указание на обязательность темпоральной лексической семантики существительного; в скобки заключен сегмент сложного предложения, внутри которого обязателен данный порядок компонентов, хотя этот сегмент как целое может перемещаться в границах Р| (ср. другое предложение, построенное по данной схеме: День, когда началась война, я никогда не забуду). Формула читается так: «предикативная единица, в состав которой входит сегмент со следующим фиксированным порядком: существительное с темпоральным значением, когда и вторая предикативная единица».

27.01.2018, 78 просмотров.


Уважаемые посетители! С болью в сердце сообщаем вам, что этот сайт собирает метаданные пользователя (cookie, данные об IP-адресе и местоположении), что жизненно необходимо для функционирования сайта и поддержания его жизнедеятельности.

Если вы ни под каким предлогом не хотите предоставлять эти данные для обработки, от слова «совсем» - пожалуйста, срочно покиньте сайт и мы никому не скажем что вы тут были. Всем остальным - добра и печенек. С неизменной заботой, администрация сайта.