AAA
Обычный Черный



Кто не делится найденным, подобен свету в дупле секвойи (древняя индейская пословица)

Эволюция взглядов на книгу и книжное дело

Эволюция взглядов на книгу и книжное дело

Содержание

    Книга -  (от церковно-славянского кънига, которое имело значение: 1) буквы и грамоты, 2) книги, 3) письма и 4) искусства писать) — соединение в одно целое листов бумаги, папируса, пергамента и проч.; поэтому глиняные библиотеки клинообразного письма не подходят под понятие книги, и появление ее следует приурочить к изобретению бумаги из папируса.

    Египет

    Первые книги, состоявшие из длинных свитков такой бумаги, появляются в Египте, откуда около VII столетия до Р. Х. этот способ писания переходит в Грецию и потом в Рим. Египтяне долго сохраняли монополию выделки папируса, но в последние времена республики римляне завели собственные папирусные фабрики.

    Уже в Древнем Египте искусство книги представляло собой результат сложной и разнообразной профессиональной деятельности писцов и художников, украшавших рукопись на свитках орнаментами и различными изображениями. Из Египта этот способ переходит в Грецию, затем в Рим, где книга-свиток навертывалась на палку с утолщенными концами, на верхнем конце прикреплялся ярлычок - с обозначением заглавия, который выступал из футляра, часто кожаного, соответствовавшего нынешнему переплету.

    Греки с римлянами

    У греков и, особенно, у римлян, несмотря на отсутствие книгопечатания, книжное дело стояло очень высоко: не говоря уже о библиотеках общественных, при императорах были частные библиотеки в 30000 томов (или, точнее — свитков) и более. Книжные лавки встречались и в самых отдаленных провинциальных городах; в Риме были большие и малые книжные магазины и множество лавочек букинистов. При больших магазинах были залы, где находились многочисленные скорописцы; с их помощью автор мог издавать свое сочинение и за исключительное право продавать его иногда получал гонорар или, по крайней мере, даровые экземпляры.

    Римская книга имела форму свитка, навернутого на палку с утолщенными концами; на верхнем конце прикреплялся ярлычок с обозначением заглавия, который высовывался из футляра, большей частью кожаного, соответствовавшего нашему переплету. Для переноски такие свитки помещались в круглые корзинки, с отверстиями во внутренней крышке, вроде тех, в которых теперь помещаются флаконы с духами. В библиотеках эти свитки не ставились, а клались на полки так, чтобы ярлычки были на виду. Писали на одной стороне, либо одной вертикальной колонной, длина которой равнялась длине свитка, либо рядом многих параллельных колонн.

    Книжные магазины в Риме служили местом свидания литераторов, ученых и любителей литературы; при магазинах были и кабинеты для чтения, где за небольшую плату можно было просмотреть новинки или сличить свой экземпляр известного сочинения с таким, который был исправлен грамматиком, содержавшимся для этой цели при магазине и копировальном зале. Ввиду сравнительной дешевизны папируса и безусловной дешевизны труда, книги  в Риме были недороги. Кроме обыкновенных дешевых экземпляров, были и чудеса каллиграфического искусства, экземпляры роскошно иллюстрированные; были книжки-крошки; Цицерон видел экземпляр «Илиады», который мог поместиться в скорлупе ореха.

    Тёмное и светлое Средневековье

    Падение античной цивилизации, прежде всего, изменило внешний вид книги; папирусные фабрики закрываются одна за другой, и в Европе папирус становится все более и более редким, да он по своей непрочности и не совсем был удобен для тех книг, которые были в наибольшем ходу в начале средних веков. Для Св. Писания и книг богослужебных, предназначенных для ежедневного пользования, более подходил вековечный пергамент, употреблявшийся и прежде папируса, но вытесненный его дешевизной. Теперь он снова входит во всеобщее употребление; его листы соединяются в тома, которые вполне соответствуют современной нам форме книги.

    В Восточной империи были особые мастерские для его обработки, и писцы получали его совсем готовым; на Западе они большей частью сами обделывали его: бритвой снимали жир и пятна, пемзой очищали волосы и жилы, выглаживали и разлиновывали особым ножом. Писали крупно, четко и красиво; в отделке заглавных букв доходили до необыкновенной роскоши. Иногда (с III по VII вв.) пергамент окрашивали в красную или др. краску и всю рукопись писали разведенным серебром, а заглавные буквы золотом.

    Понятно, что книги в то время были страшно дороги: за красиво написанный и разрисованный молитвослов или псалтырь уступали иногда целые имения; бывали случаи, что в целом христианском городе не оказывалось ни одной книги. В мусульманском мире книжное дело стояло в это время очень высоко: в Испании насчитывали 70 общественных библиотек, и в кордовской библиотеке было, говорят, до 400000 томов. В Европе книги стали и дешевле, и чаще, когда стало распространяться употребление бумаги, тем более что с этим совпал сильный подъем умственной жизни после крестовых походов, а также развитие университетов.

    Центрами производства книг в средние века в Европе были мастерские - скриптории, работавшие в монастырях и при дворах владетельных особ. Книга раннего средневековья обильно украшена орнаментом с изображением животных, рыб и птиц. Первым известным по имени переплетчиком был ирландский монах Дагеус, живший в 6 в. В Каролингскую эпоху возникают центры изготовления книг в Париже, Реймсе, Фульде, Туре. В дворцовом скриптории золотом было написано Евангелие для сестры короля Карла Великого аббатисы Ады. Известность получила школа монаха Годескалька, который в 781-783 переписал Евангелие для Карла Великого и его супруги Гильдегарт; текст книги написан золотом и серебром на пергамене, окрашенном пурпуром. Главнейшие памятники Реймсской школы - Евангелие Эбо и Утрехтская Псалтырь. В это время возникает своеобразная форма латинского письма - каролингский минускул. После распада Каролингской империи ведущим центром изготовления книг становится монастырь на острове Рейхенау на Боденском оз., основанный в 724. Среди созданных здесь памятников известны Евангелие Геро, Евангелие Оттона III, Псалтырь Эгберта, к-рая в 10-11 вв. попала в Киевскую Русь и была украшена здесь пятью прекрасными миниатюрами.

    В ХIII в. при университетах был особый вид должностных лиц, так называемые stationarii; они давали студентам списывать учебники, брали книги на комиссию от ростовщиков-евреев, которые сами не имели права торговать книгами, и от уезжавших студентов; эти stationarii были, таким образом, первыми книгопродавцами в новой Европе. В начале XIV в. в Париже книгопродавцы в собственном смысле уже отделились от стационариев; но и они приносили присягу университету и были подчинены его ведению. Были также и присяжные продавцы писчих материалов. В конце XIV и начале XV в. в «латинском квартале» целые дома и переулки были заселены переписчиками, каллиграфами, переплетчиками, миниатюристами (иначе, иллюминаторами), пергаментщиками, продавцами бумаги и проч. В Лондоне переписчики (text-writers) в 1403 г. соединились в особый цех, то же местами было и в Голландии.

    В Италии в XV в. были книгопродавцы, содержавшие при своем магазине массу писцов, следовательно, способные издавать книги и до книгопечатания. В это время во всех больших городах Европы были уже общественные библиотеки, из которых иные книги выдавались на дом (libri vagantes); другие, особенно ценные и объемистые, прикреплялись к письменным столикам железными цепями; почти везде были книгопродавцы и общества переписчиков, старавшиеся удовлетворить не только богатых любителей, но и людей среднего состояния молитвенниками, книгами поучительными и даже забавными.

    Россия

    На Руси распространение книг стало возможным после возникновения славянского письма, создание которого относят к 9 в. и приписывают просветителям Кириллу и Мефодию. Самая ранняя из сохранившихся русских датированных книг - Остромирово Евангелие 1056-1057. Известно 7 датированных восточно-слав, рукописных книг 11 в., в т. ч. Изборник Святослава 1073 с миниатюрой, изображавшей семью князя Святослава Ярославича, и декорированный фронтисписами. Среди книг 12 в. - Мстиславово Евангелие (ок. 1117), заключенное в драгоценный оклад.

    На Русь книга пришла вместе с христианством, из Византии, в лучшее время специально-византийской культуры; но эта культура усваивается нашими предками далеко не во всем ее объеме. Книги, например, принимаются исключительно богослужебные и благочестиво-назидательные; дело книжного просвещения ведется духовенством и весьма немногими любителями из высокопоставленных лиц. По словам Кирилла Туровского, светские люди говорили: «Жену имам и дети кормлю...не наше есть дело почитание книжное, но чернеческое». Если мирской человек принимался читать или даже списывать книги, он делал это не для удовольствия и даже не для поучения, а для спасения души.

    Книжное дело сосредотачивалось исключительно в монастырях: известна прекрасная картинка из жития Феодосия Печерского, как он волну плел для переплета в то время и в той комнате, где Илларион списывал книги, а старец Никон переплетал их. Монахи писали только с дозволения игумена, и потому книги или даже всякая отдельная статья начинается с формулы: благослови, отче. Писали на харатье (пергаменте, от Charta), на больших листах, большей частью в два столбца, крупными и прямыми буквами — уставом (который постепенно переходил через полуустав в неразборчивую скоропись XVII в.); заглавные буквы и заставки разрисовывали красками и золотом. Одну книгу писали многие месяцы, и в послесловии часто выражали сердечную радость, что трудный подвиг окончен счастливо.

    Нашествие монголов остановило развитие книжного дела на юге, а как трудно было заниматься им на севере, ясно свидетельствует житие Сергия Радонежского, который, не имея ни харатьи, ни бумаги, писал на бересте. Только в Новгороде были досуг и средства; о Моисее, архиепископе новгородском (1353-1362), летопись говорит: многи писцы изыскав и книгы многы исписав. С XV века книгописание распространяется по всей средней России: появляются писцы и даже литераторы профессиональные, «питавшиеся от трудов своих»; каллиграфия иногда доходит до высокой степени совершенства; появляются хитрые измышления вроде тайнописания (криптографии) и проч. В XVI в. и у нас начинается городской период в истории книги: Стоглав упоминает о городских писцах, деятельность которых он желает подвергнуть надзору. Самый выдающийся деятель в истории русской книги этой эпохи — митрополит Макарий.

    Изобретение книгопечатания значительно понизило ценность рукописей, но не сразу убило их производство: первопечатные книги представляли собой копию с современных рукописей; тем не менее, иные богатые книголюбы все еще отдавали предпочтение лучшими мастерами писанным рукописям перед произведенными фабричным способом печатными книгами.; но борьба каллиграфов XVI в. с печатным станком была безнадежна и непродолжительна.

    Только в России среди старообрядцев рукопись соперничает с книгами до XIX в. Уже в XVI в. удешевленная книга начинает служить интересам дня и заметно демократизируется: она становится доступной и интересной не только для людей, серьезно образованных, но и для массы; она проникает и в женскую половину купеческого или небогатого помещичьего дома, и даже в деревенские трактиры; она столь же часто служит для забавы, как и для назидания.

    В XVII в., вследствие усовершенствований в типографском деле, книжное производство прогрессирует в количестве, дешевизне и красоте; в соответствии с духом времени — по выражению Бушо, остроумно сопоставляющего наружность и содержание книги с политической и культурной историей (H. Bouchot, «Le livre, l'illustration, la reliure», Париж, 1886), — она «надевает парик, украшается колоннами и пилястрами, становится надуто-грандиозной и вся расплывается в аллегории и условности». По особенному свойству науки XVII в., работавшей не для публики, а для немногих избранных, именно в этом столетии выходят в большом количестве многотомные фолианты, поглощавшие десятки лет жизни авторов и составленные с поразительной ученостью и тщательностью (Дюканжа, Ламбеция, Болланда и проч.). В этом же и следующем столетии появляются в большом количестве ученые и литературные журналы.

    XVIII в., век просвещения по преимуществу, вознес книгу на небывалую высоту; достаточно назвать Вольтера, чтобы дать понять, какую силу имела тогда умно написанная книжка. Знаменитая «Энциклопедия» Дидро наглядно показывает, что и толстые, дорогие книги в то время стали предназначаться для массы образованных людей, для среднего сословия.

    XVIII век — время зарождения и развития русской печатной книги; при Петре зародилась она, при Екатерине II получила силу и распространение (в промежутке прогресс совершался очень медленно, да и в первые годы царствования Екатерины наиболее популярные сатирические журналы расходились в 200-300 экз.). С 80-х годов издаются целые библиотеки классиков и переводных романов; выходят сотнями собственные подражания последним; даже мистические книги масонов выходят несколькими изданиями. Русские люди приучились читать и даже покупать книги; с особой пользой потрудился для этого Н.И.Новиков. Тогда же у нас начинают заботиться и о внешней красоте книги: даже многие казенные издания, даже уставы украшаются изящными виньетками.

    Новое время

    В первой четверти XIX в. в истории развития книги замечаются два явления огромной важности. Хорошая книга стала обогащать автора — обогащать не посредством подарков и пенсий от богачей или правительства, но посредством покупателей, публики; знаменитые писатели становятся богачами, и литературный труд, при благоприятных условиях, даже заурядному работнику дает средства к безбедному существованию. С другой стороны, предприимчивые издатели (один из первых — Констебль в Англии) задаются высокополезной задачей удешевить хорошую книгу до такой степени, чтобы всякий сколько-нибудь достаточный человек мог, без больших затрат, составить себе целую библиотеку. Первое явление в передовых странах Европы к середине столетия становится общим: не только авторы, подлаживающиеся к вкусам публики (например, Дюма-отец), но и большинство талантливых писателей совершенно независимых (например, Виктор Гюго) могут хорошо жить доходами от продажи своих книг; вместе с этим они становятся и крупной политической силой.

    Крайнее удешевление хорошей книги (за исключением особых случаев: изданий Нового Завета, полного Шекспира в 1 шиллинг) становится возможным только в 3-й четверти столетия, зато теперь идет вперед быстрыми шагами: благодаря таким издателям, как Реклам («Universal Bibliothek») в Германии, Сонцоньо в Италии и проч., теперь за десятки рублей можно собрать библиотеку классиков всех времен и народов, которая в начале столетия стоила тысячи. Специально для народа красиво и правильно издаются целые библиотечки полезных книг по такой цене, которая своей дешевизной убивает плохие лубочные издания. В Германии, а за ней и повсеместно, в последние годы даже роскошные, красиво иллюстрированные книги так удешевляются, что не составляют редкости на полке учителя начальной школы. 70 лет назад Греция получала из Франции и бумагу, и шрифт для правительственных изданий и учебников; теперь в ней ежегодно выходят тысячи названий книг и, в том числе, много баснословно дешевых изданий для народа и бедняков.

    И в России уже с первых 10-летий XIX в. в книжном деле замечается значительный прогресс: первые тома истории Карамзина, выпущенные в 1818 г., разошлись в несколько недель; плохой, ныне забытый роман Булгарина «Иван Выжигин», вышедший в 1829 г., доставил автору деньги, по тому времени огромные; появляются предприимчивые издатели, искренно любящие свое дело, вроде Смирдина. С начала царствования Александра II и у нас книга становится крупной общественной силой.

    В последнюю четверть века и у нас появляются дешевые библиотеки для среднего класса, уже не разоряющие предпринимателей, как прежде; и у нас издаются отечественные классики по такой цене, которая делает их доступными и для бедных людей; что же касается до наших народных, копеечных изданий, предпринимаемых с наполовину благотворительной целью комитетами грамотности и др. общественными учреждениями, а также и некоторыми частными фирмами, то по строгому выбору содержания, дешевизне и изяществу они могут поспорить с немецкими и английскими. Но, в общем, книжное, книгопродавческое и типографское дело в России, сравнительно с ее западными соседями, находится еще в очень неудовлетворительном состоянии.

    11.11.2017, 311 просмотров.


    Уважаемые посетители! С болью в сердце сообщаем вам, что этот сайт собирает метаданные пользователя (cookie, данные об IP-адресе и местоположении), что жизненно необходимо для функционирования сайта и поддержания его жизнедеятельности.

    Если вы ни под каким предлогом не хотите предоставлять эти данные для обработки, - пожалуйста, срочно покиньте сайт и мы никому не скажем что вы тут были. С неизменной заботой, администрация сайта.

    Dear visitors! It is a pain in our heart to inform you that this site collects user metadata (cookies, IP address and location data), which is vital for the operation of the site and the maintenance of its life.

    If you do not want to provide this data for processing under any pretext, please leave the site immediately and we will not tell anyone that you were here. With the same care, the site administration.