Разумное. Доброе. Вечное.

AAA
Обычный Черный

Рекомендованное

Опрос

Навигация

Стих дня

Всякая поэзия есть выражение душевного состояния.
© Бергсон А.

17 ноября

Про колбасу

а это кто бредет во мраке
лохматый страшный и босой
так это ж петр на кухню за кол
басой

Новости культуры от Яндекса

ГлавнаяТеория и методика редактирования литературного произведенияОбщая схема редакторского анализа и редактирования


Кто не делится найденным, подобен свету в дупле секвойи (древняя индейская пословица)


Общая схема редакторского анализа и редактирования

Редактору мало знать, какие аналитические действия он должен предпринять для оценки и совершенствования рукописи и в чем они состоят — ему надо целесообразно связать их в единый процесс анализа и оценки.

Это по ряду причин необычайно сложная задача.

Во-первых, редактирование как практический процесс требует от исполнителя искусства перевоплощения, искусства применения общих положений к конкретному материалу. А любое искусство всегда субъективно и окрашено личностью исполнителя.

Во-вторых, необходимость знать и выделять каждую цель, которую требуется достичь на пути к конечным целям редакторского анализа, вовсе не означает, что при редактировании рукописи редактору надо решать каждую из выделенных задач отдельно и в строгой последовательности. Виды анализа на практике переплетаются, сливаются, объединяются. Например, приемы осмысления текста, с помощью которых редактор достигает глубокого его понимания, нередко позволяют сразу, в ходе этого процесса, установить несоответствие фактов текста фактам действительности, увидеть нарушение фактической достоверности текста, одного из важнейших требований к нему.  

А. М. Горький, прочитав в рукописи повести С. Бондарина фразу: «Мама садилась, раскрыв веер, усыпанный чешуйчатым бисером»,— подчеркнул слова чешуйчатый бисер и написал: «Нет такого бисера» (см.: Редактор и книга. 1963. Вып. 4. С. 192), т.е. оценил текст с точки зрения его фактической достоверности. Горький пропустил бы такую мелочь, если бы не сопоставлял при чтении качество, характеристику бисера (чешуйчатый) со своими знаниями о внешнем виде бисера. Но ведь сопоставление почерпнутого в тексте со своими знаниями, включение его в систему своих знаний и есть один из приемов осмысления текста, описанный А. А. Смирновым. Именно так перед читателем раскрывается значение слов текста. Читая слово чешуйчатый, Горький, чтобы осознать его значение, должен был мысленно отметить что-нибудь вроде «из чешуи, пластинок», а читая дальше слово бисер подумать: «мелкие шарики», и коль скоро так происходило освоение текста, он уже не мог не заметить, что одно противоречит другому, и поэтому оценил текст как фактически неверный. Здесь анализ с целью понимания слился с анализом ради оценки текста с точки зрения фактической точности.

Происходит одна из тех трансформаций деятельности, о которых пишет А. Н. Леонтьев в книге «Деятельность, сознание, личность» (М., 1975):

«Подвижность отдельных „образующих“ системы деятельности выражается... в том, что каждая из них может становиться либо более дробной или, наоборот, включать в себя единицы, прежде относительно самостоятельные. Так, в ходе достижения выделявшейся общей цели может происходить выделение промежуточных целей, в результате чего целостное действие дробится на ряд отдельных последовательных действий; это особенно характерно для случаев, когда действие протекает в условиях, затрудняющих его выполнение с помощью уже сформировавшихся операций. Противоположный процесс состоит в укрупнении выделяемых единиц деятельности. Это случай, когда объективно достигаемые промежуточные результаты сливаются между собой и перестают сознаваться субъектом» (с. 110—111).

Сливаются, переплетаются не только виды анализа, но и анализ текста с его оценкой. Например, текст анализируется с целью сформулировать требования к нему — условия, при которых он может решить поставленную перед ним задачу вообще или более эффективно, чем в случае, когда эти условия не соблюдаются. В реальной практике не формулируют сначала все требования к тексту, а затем последовательно каждое из них соотносят с текстом, с воздействием его на читателя и на этой основе текст оценивают. На практике редактор, сформулировав очередное требование к тексту, оценивает, удовлетворяет ли он этому требованию или нет. И так с каждым требованием. Оценка, таким образом, вплетается в анализ, а не следует за ним, точнее за комплексом его видов.

Все эти соображения и замечания не отменяют, однако, целесообразности для каждого редактора (с учетом индивидуального своеобразия процесса редактирования) придерживаться рациональной общей схемы действий, позволяющей соблюдать общие условия процесса редакторского анализа и редактирования. Только пренебрегая этими условиями, можно провозглашать полную свободу действий для каждого редактора. Считаться с ними — значит предпочитать некий общий порядок действий, не препятствующий творчеству и не замыкающий редакторское искусство в жесткие рамки неподвижной схемы.

Как же увязать все многообразные действия и операции процесса редактирования в единую логичную и в то же время очень гибкую, подвижную схему?

Прежде всего, надо учитывать, что редактор, как правило, читает рукопись не один раз. Когда он получает рукопись, то знакомится с ней и после этого направляет на рецензию или сам рецензирует ее, читая повторно. Обычно автору приходится исправлять рукопись по замечаниям рецензента и редактора, после чего последнему предстоит оценить, насколько автор сумел выполнить редакционные требования, т.е. снова читать. И если рукопись одобрена, читать ее четвертый раз, чтобы окончательно подготовить к изданию.

И коль скоро редактор читает рукопись не один раз и каждое чтение преследует свои специфические цели, то, следовательно, можно и целесообразно рационально распределить решения разных редакционных задач между несколькими этими чтениями.

Опыт и наблюдения исследователей редактирования (например, К. И. Былинского в «Литературном редактировании», написанном совместно с Д. Э. Розенталем (2-е изд., перераб. и доп. М., 1961), показывают, что среди многих редакторских чтений рукописи выделяются три основных:

  1. 1) ознакомительное;
  2. 2) рецензентское, оценочное;
  3. 3) шлифовочное, отделочное чтение.

1. Ознакомительное чтение. Его основная функция — общая познавательная ориентировка в содержании и форме произведения. Она позволяет понять его в целом и при дальнейшем, углубленном чтении осознавать место и роль каждой единицы текста в содержании всего редактируемого произведения. Она помогает построить общую модель читателя, определить главное функциональное назначение издания, сформулировать важнейшие особенности произведения и автора.

2. Рецензентское, оценочное чтение. Его функции — углубленное осознание, проработка, анализ, оценка и критика текстовых единиц (от малых до самых крупных) и всего текста в целом по основным принципиальным вопросам содержания и формы редактируемого произведения.

3. Шлифовочное чтение. Его функции — анализ и оценка одобренного, признанного пригодным к изданию произведения, поиск средств устранения причин частных несовершенств, использование этих средств и контроль за их влиянием на текст, на прогнозируемый результат чтения потенциального читателя.

Рациональность такого деления очевидна, если учесть многосторонность и сложность стоящих перед редактором задач, решать которые за одно чтение (при сложности структуры и многоаспекгности содержания и формы текста) необычайно трудно, а порой и просто невозможно.

На основе такого членения и всей структуры редакторского анализа можно наметить общую схему редактирования и редакторского анализа, состоящую из трех схем:

1) схемы ознакомительного чтения;

2) схемы рецензентского, оценочного чтения;

3) схемы шлифовочного чтения при непосредственной подготовке оригинала произведения к изданию.

Общая схема редакторского анализа и редактирования

1) Схема ознакомительного чтения ( основные действия)

1. Познавательно сориентироваться в содержании и форме текста, прежде всего в связях и взаимозависимостях крупных структурных единиц текста (как они связаны, какую систему образуют, как раскрывают тему произведения) и на этой основе осмыслить текст в целом.

2. Определить читательское назначение произведения и важнейшие признаки читателя.

3. Сформулировать главный результат чтения (общее функциональное назначение издания).

4. Определить самые важные особенности произведения и автора (возможно, и путем знакомства с прежним его творчеством).

2) Схема рецензентского, оценочного чтения

(основная цель — оценка рукописи преимущественно с главных, принципиальных сторон; поэтому упор делается на анализ и оценку крупных структурных единиц текста)

I Ориентировочное чтение 1-й рубрикационной единицы низшего ранга (например, параграфа), состоящее из действий, цель которых:

1 Восстановить в памяти содержание или ознакомиться с ним в общих чертах

2 Выделить основные структурно-логические единицы (сверхфразовые единства), их место и роль в параграфе

3 Установить мысленно (возможно с помощью рабочего оглавления) связи параграфа с другими параграфами главы, с главой в целом, а через нее с произведением в целом для уяснения места и роли параграфа в содержании главы и произведения ↓

II Углубленное чтение с анализом и оценкой 1 -го в параграфе элементарного сверхфразового единства (единства низшего ранга)

А Углубленное чтение с анализом и оценкой сверхфразового единства (свертывание до основной мысли - о чем и что говорится)

Б Анализ и оценка каждой составной части сверхфразового единства (предложения, фразы) по схеме:

1 Углубленное освоение содержания и формы фразы (о чем, что и как именно говорится)

2 Конкретизация функционального назначения фразы (какой желателен результат чтения)

3 Конкретизация требований к сторонам (качествам) фразы:

  • а) идеологическим;
  • б) политическим;
  • в) специально-предметным;
  • г) фактическим;
  • д) функциональным;
  • е) логическим;
  • ж) языково-стилистическим;
  • з) графическим

4 Сопоставление качеств фразы с требованиями к ним и вывод о соответствии или расхождении их

5 Прогноз понимания предложения читателем и результата его чтения 

6 Оценка фразы - сопоставление прогнозируемого результата чтения потенциальным читателем с желательным и вывод о мере соответствия между ними

7 Поиски дополнительных аргументов для опровержения возможных, предполагаемых возражений автора против редакторской оценки

8 Окончательная оценка фразы

9 Установление причины возможного расхождения между качествами фразы и требованиями к ним, между прогнозируемым результатом чтения потенциальным читателем и результатом желательным

В Анализ и оценка всего 1-го сверхфразового единства параграфа по той же схеме, что и для анализа каждой фразы (см. Б1-Б9) с дополнением, конкретизацией требований к композиционным качествам сверхфразового единства и сопоставлением этих качеств с требованиями к ним для оценки

III Углубленное чтение с анализом и оценкой каждого из последующих сверхфразовых единств низшего ранга, составляющих 1-е сверхфразовое единство 2-го ранга, по вышеприведенной схеме (см. Б1-Б9), с дополнением, конкретизацией требований к композиционным качествам каждого единства и сопоставлением этих качеств с требованиями к ним для оценки

IV Анализ и оценка всего 1-го сверхфразового единства 2-го ранга в целом по вышеприведенной схеме

V Анализ и оценка последующих сверхфразовых единств 2-го ранга, составляющих сверхфразовое единство 3-го ранга, -1-й параграф

VI Анализ и оценка всего 1-го параграфа в целом по вышеприведенной схеме (см. Б1- Б9), с дополнением, конкретизацией требований к композиционным и рубрикационным качествам в сопоставлении этих качеств с требованиями к ним для оценки

VII Анализ и оценка последующих параграфов 1-й главы по той же схеме, что и 1-го параграфа

VIII Анализ и оценка всей 1-й главы

IX Анализ и оценка последующих глав, составляющих произведение, так же, как и 1-й главы

X Анализ и оценка всего произведения в целом по той же схеме, что и других крупных единиц текста

3) Схема шлифовочного чтения при непосредственной подготовке рукописи к изданию

(протекает по схеме рецензентского, оценочного редакторского чтения, но с добавлением действий, цель которых — помочь автору в совершенствовании текста в деталях; упор делается на анализ и оценку низших структурных единиц текста)

1 Поиск наиболее рациональных средств устранения причин расхождения между качествами каждой единицы текста и требованиями к ней, между прогнозируемым результатом чтения потенциальным читателем и результатом желательным

2 Проверка точности и правильности редакционных предложений и изменений, прогнозируемого результата чтения измененного текста и результата желательного и в случае необходимости дальнейшие поиски средств улучшения текста

3 Согласование с автором всех изменений в тексте и в случае необходимости совместный или отдельный (автора и редактора) поиск иных средств улучшения текста

Конечно, руководствоваться приведенной схемой надо гибко, с учетом того, что редакторский анализ проводится избирательно, а не путем перебора всех аналитико-оценочных действий, включенных в состав того или иного редакторского чтения. Пользуясь схемой, опираясь на нее, редактор может дисциплинировать и упорядочить свою работу, не упустить решения важных задач, целенаправленно выполнять свои аналитико-оценочные действия. В этом ее смысл. Схема помогает также увидеть процесс редактирования в целом.

Здесь уместно упомянуть об опубликованной в сборнике «Книга. Исследования и материалы» (М., 1994. Сб. 67) значительно позже выхода 2-го издания «Методики редактирования текста», где впервые была напечатана приводимая выше схема процесса редактирования и редакторского анализа, о содержательной статье Е. В. Шлюпер «Редакторский анализ как система : (к постановке вопроса)».

Е. В. Шлюпер, справедливо считая, что редакторский анализ должен быть системным, выдвигает в связи с этим два основных требования, при соблюдении которых системность исследования рукописи будет соблюдена:

  1. «1) система (а не схема!) построения анализа,
  2. 2) система (а не набор!) оценочных критериев» (с. 73).

Почему же Е. В. Шлюпер так ополчилась против схемы редакторского анализа?

Причину неудовлетворенности схемой она объяснила так: «...сам термин „схема“ предполагает нечто жесткое, застывшее, статичное» (с. 74). Подводя же итоги в конце статьи, она добавила к этому еще и такой коренной недостаток схемы, как то, что она раз и навсегда унифицирует структуру живой сложной системы редакторского анализа, подчиняет исследование любого текста однажды заданному алгоритму.

Критика схемы как средства в статье Е. В. Шлюпер представляется недостаточно обоснованной. Схема должна точно и верно представлять ход процесса, но применять ее нужно гибко. Противопоставлять схему системе некорректно. Ведь когда Е. В. Шлюпер пишет об оценочных критериях разных уровней (общего, частного и единичного), она тоже представляет их в виде схемы, только схемы словесной, предупреждая затем о необходимости гибкого взаимосвязанного применения критериев разных уровней.

Хорошая схема тоже есть выражение системности. Ведь система, как считают авторы книги «Системы и модели» Ю. А. Шрейдер и А. А.Шаров (М., 1982),— это «упорядоченное образование, закономерная совокупность, связанное в целое множество элементов». Признаки системности, по мне126Глава 7. Общая «сема ред. анализа и редактирования нию авторов этой книги, — не аморфность, а организованность, не случайность, а закономерность, целостность, тотальность.

Е. В. Шлюпер рассматривает в статье не приведенную выше схему, а «общепризнанную схему редакторского анализа». Состав и содержание этой общепринятой схемы Е. В. Шлюпер излагает так:

«Она [схема] определяет, на какие основные элементы расчленяется текст и в какой последовательности они рассматриваются. Так, в первую очередь разделяются “характеристика содержания” и “характеристика формы произведения”; затем внутри первой части характеризуются “тематика и проблематика”, “фактический материал” и т.п., а во второй — “композиция”, “приемы изложения”, “язык и стиль”. Каждый такой компонент дробится на более мелкие — например, в составе “языка и стиля” могут быть выделены “терминология” или “образные средства”.

Заметим, что схема эта отнюдь не противоречит системным принципам. Ведь она сконструирована не произвольно, а отражает и закономерную последовательность этапов авторского творчества, и методологию оценки его результатов, и требования формальной логики» (с. 73—74).

Ниже (с. 74) Е. В. Шлюпер называет эту схему и бытующей в повседневной издательской практике, хотя, строго говоря, схема эта принята тоже не всеми, а лишь в традиционных учебных курсах редактирования. Да и признать ее характеристику в статье точной трудно. Каким образом, например, она отражает последовательность этапов авторского творчества? Автор ведь не делит свою работу на работу над содержанием и на работу над формой: у него это не расчлененный, а единый целостный процесс, в котором форма служит для выражения содержания, а содержание выливается в форму.

А вот в чем Е. В. Шлюпер права, так это в том, что применение любой схемы редакторского изучения рукописи должно быть системным. В этом пафос ее статьи, и его можно только приветствовать.

Под системностью анализа Е. В. Шлюпер понимает, во- первых, необходимость синтеза после анализа отдельных частей, поскольку литературное произведение — целостный объект, система, и все его части взаимосвязаны и взаимозависимы; во-вторых, необходимость рассматривать сами эти связи и зависимости; в-третьих, необходимость применять для оценки систему взаимосвязанных критериев трех основных уровней (общего, частного, единичного). Все разъяснения автора на этот счет разумны и убедительны. Непонятно только, почему она не нашла нужным рассмотреть и приведенную выше схему, которая несколько по-иному, чем «общепринятая» схема, представляет процесс редакторского анализа, но никак не противостоит системности ее применения.

Источник - всё еще Мильчин.

548
02.12.2016 г.

Яндекс.Метрика
Рейтинг@Mail.ru


Индекс цитирования

Уважаемые посетители! С болью в сердце сообщаем вам, что этот сайт собирает метаданные пользователя (cookie, данные об IP-адресе и местоположении). И как ни прискорбно это признавать, но это необходимо для функционирования сайта и поддержания его жизнедеятельности.

Если вы никак, ни под каким предлогом и ни за какие коврижки не хотите предоставлять эти данные для обработки, - пожалуйста, покиньте сайт и забудьте о нём, как о кошмарном сне. Всем остальным - добра и печенек. С неизменной заботой, администрация сайта.