AAA
Обычный Черный



Кто не делится найденным, подобен свету в дупле секвойи (древняя индейская пословица)

Основные фонетические изменения в современных диалектах под воздействием литературного языка

Основные фонетические изменения в современных диалектах под воздействием литературного языка

Содержание

    Утрата и трансформация диалектных черт. В результате воздействия литературного языка происходит изменение фонети­ческих систем русских диалектов. Некоторые диалектные явления на части территории исчезают. Так, сужается ареал цоканья, рас­ширяется территория аканья, фонема /ф/ проникает в системы, не знавшие в прошлом звука [ф].

    Под влиянием литературного языка может меняться система самого диалектного явления. Возникают переходные системы, на­пример, системы, появившиеся на путях перехода от оканья к аканью.

    Стремление заимствовать звук, отсутствующий в говоре, заме­нить им свой исконный может приводить к возникновению слож­ных звуков, совмещающих черты своего и заимствуемого. Так, стремление южнорусов, в речи которых обычен [у], заменить его на литературный [г] может приводить к возникновению аффрика­ты [гу]: говорящие начинают произносить'[г], но в конце его все равно произносят свой обычный [у]. Стремление заменить звуки [е], [о], воплощающие в говоре особые фонемы /Ъ/, /w/> литера­турными [е], [о] приводит к возникновению звуков с изменяю­щимся тембром, что связано с повышением подъема гласного в конце его звучания: начиная произносить [е], говорящие затем пере­ходят к своему обычному [е], возникает гласный [ее]: в[ее]/д, и[ее]/и; начиная произносить [о], говорящие затем переходят к своему обыч­ному [о], возникает гласный [оо]: к[оо]т, кор[оо]ва.

    Одни фонетические диалектные черты легче поддаются воздей­ствию литературного языка, другие более устойчивы. Зависит это от характера диалектного явления.

    Легче всего замечаются носителями диалекта и, следовательно, легче изживаются те диалектные черты, которые воспринимаются как фонемные. Так, например, переход от произношения Вань[к'\я к Вань[к]а представляет собой замену в слове одной из имеющих­ся в системе говора фонем другой фонемой. При этом в самой системе фонем не происходит никаких изменений.

    В соответствии с двумя фонемами говора в литературном языке может выступать одна. Например: /е/ и /V — /е/, /о/ и /со/ — /о/. Слова с /е/, /о/ в говоре могут произноситься так же, как в литера­турном языке, — со звуками [е], [о]. В словах же с /Ь/ и /со/ постепенно начинают произносить на месте [ие] или [с], [уо] или [о] те же звуки, что и в литературном языке, — [е], [о]. Так выходят из употребления в говоре фонемы /V и /со/.

    Сложнее заимствовать фонему, отсутствующую в говоре, на­пример, /ч’/ при цоканье, /ц/ при соканье, /ф/ при ее отсутствии. В этих случаях обычно осваивается новый для говора звук.

    Наиболее устойчивы такие диалектные черты, которые не свя­заны со смыслоразличением и потому не замечаются говорящими. Таковы, например, диссимилятивное аканье; ап икальность соглас­ных [т], [д], [н]; апикальность и невеляризованность [1]; палатальность [т”), [д”], [н”], [л”], [с”], [з”]; [uTJ на месте [ч’] и др. Разли­чие между говором и литературным языком в этом случае не свя­зано с количеством фонем и обычно затрагивает лишь интеграль­ные признаки звуков. Однако и эти диалектные черты могут трансформироваться.

    Так, отход от диссимилятивного аканья может приводить к тому, что на месте гласного среднего подъема [з] в первом предударном слоге начинают произносить гласный средне-нижнего подъема [а], совпадающий со звуком литературного языка в этой позиции. Однако при этом диссимилятивный принцип аканья все равно со­храняется, так как перед некоторыми ударными гласными про­должает произноситься более открытый и более длительный звук нижнего подъема [а]. Таким образом, чередование [а] || |э] перед разными ударными гласными заменяется чередованием звуков la] II [а], более близких по подъему, но все равно не одинаковых.

    • Гиперкоррекция. Современные носители говоров обычно воспринимают литературный язык как более правильный и стре­мятся усвоить его закономерности. Однако в результате неточного представления об этих закономерностях они могут «исправлять» свое произношение и там, где надо, и там, где не надо с точки зрения литературного языка. Явление такой неверной замены называется гиперкоррекцией, а примеры замены — гиперизмами.

    Чаще всего возникновение гиперизмов связано с различиями между диалектной и литературной фонетическими системами.

    1. Одной фонеме говора могут соответствовать две фонемы ли­тературного языка. Пытаясь усвоить это различение, носители ди­алекта могут заимствуемую фонему употребить и там, где не надо. Так, при переходе от цоканья к различению /ц/ и /ч’/ цокальщики новый для них звук [ч’] могут начать произносить не только в таких словах, как [ч’]ай,'\йсто, п\ч'\олы, пе[ч’], но иногда и в таких, как [ч']арь,*]ёлый. При отходе от соканья, то есть нераз­личения /с/ и /ц/, новый для говора звук [ц| начинают произно­сить не только в тех словах, где он произносится в литературном языке, но и в словах типа [ц]апог, [ц]арай, ру[ц]кий.

    1. Усваивая фонему /ф/, представители некоторых южнорус­ских говоров переходят от произношения [хв] к [ф]: [ф]артук, сара[ф]ан, [ф]абрика вместо [хв)артук, сара[хъ]ан, [хв]абрика. Но звуком [ф] они могут заменить и исконное [хв]: [ф\осту [ф]алить, [ф]оя вместо [хв\ост, [хв\алйть, [хв]оя.

    2. Две фонемы могут в какой-либо позиции различаться в литера­турном языке, а в говоре не различаться. Так, в некоторых говорах /м/ и /в/ нейтрализуются перед/н/, /н’/: гу[мн]о, пд[шС\у9 [мн\ого и 6pe[mi]6y корд[мн']ик, [мн]у/с. Переходя под влиянием литератур­ного языка к произношению бре[вн\оу коро[т'\ик9 [вн]у/с, носители говора это [вн], [вн’] могут подставить и в словах типа гу[вн]о, пд[ън’]ю, [вн]ого. Переходя от нейтрализации /д/ и /н/ перед /н/ к их различению в этой позиции, носители диалекта могут начать произносить не только ла{дн]о, мё[дн]ый вместо прежнего своего ла[т\о9 мё[нн]ыйу но и деревя[ан]ая, по-старй[ян\ому, Л[дн]я.

    3. Гиперизмы могут возникать и в том случае, когда при отсут­ствии различий между системами фонем существуют различия в сферах употребления фонем в говоре и в литературном языке. Так, в некоторых говорах известен непереход [е] в [о] под ударением после мягких согласных перед твердыми: [л’е]«, о[в’ё]с, бе[р'ё]зау 'ё]шево, ко[т'ё)ноку не[су6]м и т.п. При этом в окончаниях суще­ствительных и в суффиксе -ок- обычно произносится [’о]: д[н’о]л*, медвё[р?6\м9 зем[л'о]й9 пе[н'о)ку зве[р'о\к и т.п. Таким образом, в говоре и в литературном языке в одной и той же фонетической позиции могут выступать и /е/, и /о/, но сферы употребления этих фонем в говоре и в литературном языке различны. Заменяя свою фонему /е/ на литературную /о/ в таких словах, как [л’о]«, о[в’б]с, бе[р’о]за и т.п., носители диалекта могут произвести эту замену и в словах, в которых в литературном языке выступает /е/: [л*о]нты, с кава[п'о]ром, [п'о]рвый.

    16.07.2017, 1013 просмотров.


    Уважаемые посетители! С болью в сердце сообщаем вам, что этот сайт собирает метаданные пользователя (cookie, данные об IP-адресе и местоположении), что жизненно необходимо для функционирования сайта и поддержания его жизнедеятельности.

    Если вы ни под каким предлогом не хотите предоставлять эти данные для обработки, - пожалуйста, срочно покиньте сайт и мы никому не скажем что вы тут были. С неизменной заботой, администрация сайта.

    Dear visitors! It is a pain in our heart to inform you that this site collects user metadata (cookies, IP address and location data), which is vital for the operation of the site and the maintenance of its life.

    If you do not want to provide this data for processing under any pretext, please leave the site immediately and we will not tell anyone that you were here. With the same care, the site administration.