AAA
Обычный Черный



Кто не делится найденным, подобен свету в дупле секвойи (древняя индейская пословица)

Смысл – диалогизм – истина в филологических исследованиях. Точность или интуиция?

Смысл – диалогизм – истина в филологических исследованиях. Точность или интуиция?

Содержание

    Смысл

    В современной философии смысл становится объектом пристального внимания. Примером может служить сборник трудов зарубежных авторов «Квадратура смысла: Французская школа анализа дискурса» [Квадратура смысла 1999], в котором высказано немало интересных и продуктивных для современной филологии мыслей. Например, мысль о том, что нельзя быть абсолютным хозяином смысла собственного высказывания, поскольку история и бессознательное «вносят свою непрозрачность в наивное представление о прозрачности смысла для говорящего субъекта» [Квадратура смысла 1999: 16]. Семантика (смысл) не выводится только из лингвистики [Там же: 37]. «Говорить — это нечто иное, чем произносить пример на правило грамматики» [Там же: 144].

    Отдельные мысли авторов сборника близки концепции М.М. Бахтина: «Дискурс — это такой эмпирический объект, с которым сталкивается лингвист, когда он открывает следы субъекта акта высказывания, формальные элементы, указывающие на присвоение языка говорящим субъектом» [Там же: 124]. Генезис и состав смысла сложны: «…Смысл никогда прямо не соотносится с внеязыковой реальностью. Он строится посредством механизма архива, в котором проявляется материальность языка» [Там же: 126]. Смысл — это такой объект научного познания, для которого требуется обширный арсенал инструментов анализа: «То, что сегодня известно под именем семантики, лишь частично схватывается лингвистическими методами исследования» [Там же: 138]. Смысл дискурса влияет на значения слов, составляющих текст: «Слова могут изменять смысл в зависимости от взглядов тех, кто их употребляет» [Там же: 142]. Смысл определяется не только говорящим, но и обстоятельствами создания дискурса: «Связь между “значениями” текста и социально-историческими условиями создания этого текста ни в коей мере не является вторичной, она входит составной частью в сами значения» [Там же: 143]. О фактах параязыка: «То, что не сказано, также имеет смысл» [Там же: 220].

    Интересные наблюдения приведены в книге В.В. Колесова «Философия русского слова», который полагал, что «совокупность контекстов формирует текст, но, в свою очередь, и текст как живое целое определяет смысл каждой отдельной формулы и любого употребленного в ней слова» [Колесов 2002: 131]. Можно согласиться далее с автором, излагающим самую суть филологии смысла: «Путь от текста к слову помогает определить значение, но обратное движение от слова к тексту предполагает, что известен смысл этого слова. Следовательно, смысл есть категория более широкая, чем значение » [Там же].

    Диалогизм

    Если понимание — единственный путь к постижению слова и текста в полном объёме, то из этого вытекает вторая особенность филологического познания — его диалогизм, на чём настаивал М.М. Бахтин.

    Диалогичность как свойство гуманитарного познания была впервые выявлена Ф. Шлейермахером (1768–1834), а в методологию гуманитарных наук введена M.M. Бахтиным. В своих набросках «К методологии гуманитарных наук» M.M. Бахтин пишет: «Точные науки — это монологическая форма знания: интеллект созерцает вещь и высказывается о ней. Здесь только один субъект — познающий (созерцающий) и говорящий (высказывающийся). Ему противостоит только безгласная вещь. Любой объект знания (в том числе человек) может быть воспринят как вещь. Но субъект как таковой не может восприниматься и изучаться как вещь, ибо как субъект он не может, оставаясь субъектом, стать безгласным, следовательно, познание его может быть только диалогическим» [Бахтин 1986 : 383].

    Гуманитарное познание, по Бахтину, принципиально диалогично, в то время как познавательный интерес учёного-естественника направлен на предметы и явления действительности, существующей вне и независимо от человека. Исследование становится спрашиванием и беседой, т.е. диалогом. Природу мы не спрашиваем, и она нам не отвечает. Мы ставим вопросы себе и определённым образом организуем наблюдение или эксперимент, чтобы получить ответ. Изучая человека, мы повсюду ищем и находим знаки и стараемся понять их значение. Диалогическая природа филологического познания обусловлена субъективной стороной познавания, от которой невозможно абстрагироваться. Диалогизм — следствие социальности языка. «Жизнь слова — в переходе из уст в уста, из одного контекста в другой контекст». Слово человек «получает с чужого голоса и наполненное чужим голосом» [Бахтин 1972: 346].

    Истина

    Очевидно, что степень понимания различна не только для каждого исследователя, но и для одного и того же читателя в разное время. И здесь возникает сложная проблема истинности в филологических исследованиях.

    Вопрос об истине — давняя тема дискуссии физиков и лириков (читай: филологов). Как напомнил представитель точной науки, физики охотно называют расплывчатые и бессодержательные места в работах коллег филологией [Соколов 2007]. Автор процитированной статьи указывает на то, что физика может воспринять математическую идею в деталях, а филология довольствуется лишь общим содержанием идеи, что в лингвистике есть столь же математизированные области, как в физике, и в эти области внёс вклад выдающийся математик XX в. А.Н. Колмогоров (1903–1987), что лингвистика — вторая область, где вслед за физикой удалась смычка между математикой и другой наукой.

    Точность или интуиция?

    Даже в среде гуманитариев заметен скепсис в отношении научности гуманитарных наук. Профессор Стэнфордского университета (США) Ханс Ульрих Гумбрехт, литературовед, медиевист, историк и теоретик культуры, философ, в статье «Должны ли гуманитарные науки быть точными?» вопрошает, как распознать качество гуманитарных исследований и прогресс в гуманитарных науках в мире наблюдений второго порядка, где всякое восприятие и всякий опыт зависят от наблюдателя и, значит, подлежат оценке только с точки зрения наблюдателя. А потому, считает Гумбрехт, “Humanities and Arts” (самое распространённое в англоязычном мире обозначение гуманитарных наук) есть более удачное, более адекватное решение: это наименование не обязывает к “серьёзной науке”, погоня за которой так легко становится для гуманитариев причиной бесплодия.

    Двумя годами позже Х.У. Гумбрехт в журнале «Новое литературное обозрение» в статье «Ледяные объятья “научности”, или Почему гуманитарным наукам предпочтительнее быть “Humanities and Arts”» воздал должное той части познания, которое на Западе включено в это классификационное понятие. Гумбрехт обратил внимание на то, что В. фон Гумбольдт, в 1810 г. составивший программу для нового университета в Берлине, очень мало говорит о «точности», «методе» и даже «истине», и объясняет этот факт тем, что университет, по мысли великого немца, предназначен прежде всего для производства новых, непредсказуемых вопросов и ответов. “Humanities and Arts” — это пространство, обеспечивающее возможность рискованного мышления. У этих наук единственная задача — производство и накопление идущих навстречу интуиции способов мысли. «Единственным ценным способом “точного” мышления в рамках гуманитарных наук может стать безоговорочное стремление к определённым интуитивным представлениям, вовсе не имеющим надёжного институционального подкрепления» [Гумбрехт 2006: 14]. Вместо методов и рассуждений о точности в гуманитарных науках должно поощряться плодотворное применение воображения. «Электронным коммуникативным средствам никогда полностью не заменить вдохновенную лекцию о шекспировских пьесах или напряжённую дискуссию о концепции истины у Платона» [Гумбрехт 2006: 15].

    29.09.2016, 417 просмотров.


    Уважаемые посетители! С болью в сердце сообщаем вам, что этот сайт собирает метаданные пользователя (cookie, данные об IP-адресе и местоположении), что жизненно необходимо для функционирования сайта и поддержания его жизнедеятельности.

    Если вы ни под каким предлогом не хотите предоставлять эти данные для обработки, - пожалуйста, срочно покиньте сайт и мы никому не скажем что вы тут были. С неизменной заботой, администрация сайта.

    Dear visitors! It is a pain in our heart to inform you that this site collects user metadata (cookies, IP address and location data), which is vital for the operation of the site and the maintenance of its life.

    If you do not want to provide this data for processing under any pretext, please leave the site immediately and we will not tell anyone that you were here. With the same care, the site administration.