AAA
Обычный Черный



Кто не делится найденным, подобен свету в дупле секвойи (древняя индейская пословица)

Похоронный обряд. Традиционные представления о смерти и загробном мире. Культ предков и его отражение в похоронной и календарной обрядности

Похоронный обряд. Традиционные представления о смерти и загробном мире. Культ предков и его отражение в похоронной и календарной обрядности

Содержание

    В отличие от атеистической культуры, где смерть рассматривается как небытие, в традиционных культурах она считается переходом в другое состояние. Наиболее полно это представление отражено в знаменитой работе французского учёного Арнольда ван Геннепа «Обряды перехода» (1908).

    Перед тем, как изложить суть воззрений его на похоронный обряд, стоит сказать, что в каждом переходном обряде ван Геннеп выделял 3 фазы:

    1. 1)      фаза отделения (отказ от прежнего образа жизни и т.д.);
    2. 2)      лиминальная, или промежуточная, фаза (предполагает некую изоляцию, получние нового знания, некое сильное эмоциональное переживание, готовящее к переменам);
    3. 3)      постлиминальная фаза, или фаза включения (адаптация к новому сообществу, статусу и т.д.).

    Все эти фазы присутствуют и в похоронном обряде.

    На первый взгляд может показаться, что в похоронных церемониях самое важное место занимают именно обряды отделения, тогда как обряды промежуточные и обряды включения, наоборот, выражены слабо. Однако изучение фактов показывает, что дело обстоит иначе: обряды отделения немногочисленны и очень просты, а обряды промежуточные столь продолжительны и сложны, что приходится признать за ними некую автономию. И, наконец, из всех похоронных обрядов наиболее разработаны те, которые совершаются ради приобщения умершего к миру мёртвых: именно им придаётся самое большое значение.

    Среди обрядов отделения умершего следует выделить: различные приёмы вынесения тела покойного из дома, сжигание имущества умершего, очистительные обряды. Кроме того, существуют и вещественные приёмы отделения: могила, гроб, кладбище, ограда и т.д.

    Промежуточный период в похоронных обрядах прежде всего выражается в достаточно продолжительном нахождении трупа или гроба в помещении, где протекает ночное бдение. Затем, траур – промежуточное состояние для тех, кто остаётся в живых, в которое они входят благодаря обрядам отделения и из которого они выходят благодаря обрядам реинтеграции в общество в целом (обряд снятия траура). В период траура живые и умерший составляют особое сообщество, которое находится между миром живых, с одной стороны, и миром мёртвых – с другой. Длительность траура зависит от степени родства. Промежуточный период – время связи умершего и живых – длится и более продолжительное время, т.к. живые периодически возобновляют эту связь, либо устраивая совместную трапезу, либо посещая могилу, либо подкармливая умершего, оставляя на могиле съестные припасы. Эта связь постепенно ослабевает и, наконец, наступает момент, когда прерывается совсем – это последние поминки или последнее посещении могилы, которые имеют значение обрядов отделения (по отношению к умершему) и повторного единения сообщества живущих.

    Окончательной для умершего является стадия, когда умерший достигает своего последнего пристанища. Согласно распространённому представлению, загробный мир подобен нашему, но более приятный, общество там организовано так же, как и здесь. Так что каждый умерший оказывается включённым в род, возрастной класс, имеет профессию и т.д., как это было на земле. Поэтому обряды приобщения к иному миру однотипны с обрядами гостеприимства, включения в род, усыновления и т.д. Путешествие в этот мир и вход в него сопровождаются серией обрядов перехода, различающихся в зависимости от расстояния  месторасположения иного мира.

    Те, кто был искалечен, погиб от руки кровожадного человека или по воле несчастного случая, а также дети (не получившие имени и не прошедшие инициацию) и те умершие, по поводу которых не были выполнены похоронные обряды, никогда не смогут проникнуть в мир мёртвых. Это самые опасные мертвецы: они хотели бы вновь приобщиться к миру живых, но, поскольку у них нет возможности это сделать, они ведут себя по отношению к этому миру как враждебно настроенные чужаки. Поэтому похоронные обряды можно считать практическими обрядами длительного действия: они помогают живым избавиться от вечных врагов.

    В работе ван Геннепа обобщены сведения о похоронных обрядах различных народностей. Но чтобы вернуться к предмету нашего изучения – славянской похоронной обрядности, хотелось бы привести пример конкретного обряда. Это похоронный обряд Белозерского края, изложенный И.И. Разовой в Историко-краеведческом альманахе Белозерья (1994).

    После смерти покойника обмывают и при этом приговаривают: «Давай, давай, помогай, чтоб нам тебя одеть-то легче было». Трое суток покойника держат в доме, причитают над ним, днём и ночью сидят – одного не оставляют. На 40 дней в доме занавешивают зеркала. Перед тем, как выносить покойника, 3 раза обходят дом со свечкой. Когда покойника, причитая, унесут – стол  и лавки переворачивают. Ходят по дому, будто ищут, и говорят: «Ух, был – да и нету, был – да и нету», чтобы не ходил. Не пугал. После выноса в доме всё моют. Вернувшись с похорон, могильщики моются в бане. Хоронить надо утром – до 12 часов дня. Когда выносят, впереди несут крышку гроба, - чтобы покойник не являлся. В гроб кладут березовые ветки. После похорон в поле зажигают костёр, на него ставят кринку с углями и свечкой (в некоторых местах бросают одежду покойника), - чтобы после умершего ничего не осталось. Прыгают через этот костёр, чтобы покойника не бояться.

    В комнате, где лежит покойник, на окно кладут медяки, потом их забирают и на кладбище бросают в яму – «выкупают» место.

    Все 40 дней на обшивке дома висит белая тряпочка – знак траура, на 40-й день её несут на могилу и закапывают.

    До 40-го дня в переднем углу стоит рюмка с водкой, чай, лежат пирог. Ложка с вилкой – считается, что там родитель сидит. А когда садятся обедать, кланяются в передний угол.

    В урочные дни человека (9-й, 20-й, 40-й) идут на кладбище и «приводят» покойника, приглашают в дом и усаживают за стол. И те, кто приводит, и те, кто встречает, - причитают. Все эти дни моют в доме полы и топят баню. «Зовут» покойника мыться, кладут ему на лавку чистое бельё и подушку. Подождут, пока он помоется, потом моются сами.

    На девятинах, полусорочинах и сорочинах сидят соседи до 12 часов ночи, а родственники – до утра. На 40-й день покойника из избы «выводят», провожают с иконкой, причитая, до конца деревни.

    После сорочин рассчитываются с теми, кто обмывал, могилу копал; а не дашь денег – покойник в могиле мокрый лежать будет.

    Поминают в годину, в Троицу, в поминальную субботу, на Радуницы.

    Поминальная еда: на закуску салат или окрошка, потом рыба или рыбный пирог. Мясом не поминают. В последнюю очередь подают кисель и оладьи. За столом покойнику оставляют место. Когда поминают, крестятся и приговаривают: «Легко лежание», «Земля пухом», «Царство небесное».

    Когда покойника навещают на кладбище, то причитают.

    Подобные обряды производились только с «нормально» умершими покойниками. Взаимоотношения же с безвременно погибшими подробно рассмотрены в работе Д.К. Зеленина «Умершие неестественной смертью и русалки» (первое издание – 1916).

    Многие народы земного шара, в том числе и русский народ строго различали в своих поверьях два разряда умерших людей.

    Так называемые родители, т.е. умершие от старости предки; это покойники почитаемые и уважаемые, много раз в году «поминаемые». Они пребывают где-то далеко. На место своего прежнего жительства, к родному очагу и своим потомкам, они являются редко, и то только по особому приглашению, во время поминальных дней.

    Так называемые мертвяки или заложные покойники. Это люди, умершие прежде срока своей естественной смерти, скончавшиеся скоропостижною несчастною или насильственною смертью. К ним же относятся и самоубийцы, а также опойцы, т.е. лица, умершие от излишнего употребления вина, ещё лица, проклятые своими родителями или пропавшие без вести. Наконец, сюда же относятся и все умершие колдуны и ведьмы, т.е. люди, близко знавшиеся с нечистой силой и пользовавшиеся услугами этой нечистой силы. Это покойники нечистые, недостойные уважения и обычного поминовения, а часто даже вредные и опасные. Все они доживают за гробом свой, положенный им при рождении срок жизни, т.е. после своей насильственной смерти живут ещё столько времени, сколько они прожили бы в случае, если бы смерть их была естественной. Живут заложные совсем не там, где обитают родители, а близко к людям, обычно на месте своей несчастной смерти. Они часто показываются живым людям и при этом почти всегда вредят им, т.к. все заложные покойники находятся в полном распоряжении у нечистой силы. Для заложных покойников издавна существовал на Руси особый способ погребения, без закапывания трупа в землю, а после – особые места обычного их погребения. Равным образом для заложных существуют и особые способы поминовения.

    Вместо поминок по заложным делают тайно пожертвования на литьё колокола (считают, что колокол вызвонит милость у Бога несчастному). Или сыплют на перекрёстках зёрна для клевания птицам. Во время поминок родителей  для заложных могут ставить еду под стол. Также на могилы мертвяков проходящие мимо кидают ветки, клочки сена или соломы, щепки, землю, камни. Считается, что эти вещи создают магическую преграду, препятствующую выходу мертвяков, т.к. служат оберегом от нечистой силы, к которой принадлежат и заложные.

    Хоронят заложного на месте его смерти или в особых местах: на границах полей, перекрёстках дорог, в болотах лесах и т.д. (т.к. мертвяков естественнее всего хоронить в местах пребывания нечистой силы, к которой они отчасти принадлежат). Мертвяков не закапывали в землю, но обычно закладывали досками (отсюда и термин – заложные, т.е. заложенные).

    Как бы то ни было, народ повсюду избегает хоронить заложных на общем кладбище и вообще в земле, поскольку это ведёт за собою, по народному мнению, неблагоприятные климатические условия (обычно это засуха или весенние морозы).

    В Семик (седьмой четверг после Троицы) устраивали специальное захоронение (уже христианское) заложных покойников, а также их поминовение (обычно давали деньги дьякону, служившему службу).

    Также культ предков имеет значение для календарной обрядности, что изложено в «Русских аграрных праздниках» В.Я. Проппа.

    Во-первых, практически во всех народных праздниках он усматривает черты поминовения, гораздо более выраженные и свято соблюдаемые, чем во время специально предусмотренных церковью дней.

    Первым из цикла народных праздников были «святки» (от сочельника до Крещения, 24 декабря – 6 января). Празднование начиналось с торжественного ужина, представлявшего собой, по мнению В.Я. Проппа, поминальный стол. Одним из непременных блюд являлась кутья. Стоит отметить, что она составляла обязательную принадлежность похоронного обряда и поминок. Она варилась из цельных, нераздробленных зёрен (пшеницы или риса). Зерно обладает свойством надолго сохранять и вновь воссоздавать жизнь, умножая её. Путём еды к этому процессу приобщались и люди. В животном мире зерну соответствует яйцо, обладающее тем же удивительным свойством. К кутье обычно примешивались ягоды – те же семена, только облечённые плодом. Поэтому кутья, считает В.Я. Пропп, знаменовала постоянство возрождения жизни, невзирая на смерть. Также в этот день (видимо, сочельник – А.С.) подавались блины, тоже представлявшие собой поминальную еду (т.к. они являются древнейшей формой печёной мучной еды, получившей обрядовое применение). На святках кое-где соблюдался обряд возжигать большие костры и звать покойников греться, который, по свидетельству Д.К. Зеленина, производился с целью получить хороший урожай.

    На масленицу тоже соблюдались обычаи почитания предков. Масленичные блины, полагает В.Я. Пропп, как и святочные, представляли собой поминальную еду. Первый блин посвящался предкам. В последний день масленичной недели (Прощёное воскресенье – А.С.) был обычай просить прощения за все прегрешения перед своими близкими. Этот обычай применялся и по отношению к мёртвым, причём последних «угощали» блинами.

    Поминовение производилось также на русальную, или семицкую, неделю (7-я неделя после Пасхи). На могилах родных устраивались целые пиры. В Семик (четверг на 7-ой неделе) или на троицу устраивались похороны покойников, которые почему-либо не были погребены в течение года (и заложных покойников, о чём говорилось выше - А.С.).

    Примерно то же самое происходило в Навий день и на Радуницу (понедельник и вторник на Фоминой неделе – первой после Пасхи). Вся деревня выходила на кладбище к могилам своих близких. Женщины причитали. На могилы приносили еду и питьё, которыми «делились» с покойниками. После этого печаль переходила в весёлый пир.

    В.Я. Пропп объясняет это упорное, с наступлением весны всё нарастающее стремление почтить своих предков тем, что культ мёртвых стоял в связи с земледельческими интересами и стремлениями. Забота о посевах сочетается с заботой о покойниках. Усопшим надо выразить свою любовь, почитание, их надо поддержать пищей, питьём и теплом. Надо обеспечить им не только жизнь, но и бессмертие, приобщить их к круговороту жизнь – смерть – жизнь, который нужен земледельцу, надо, чтобы они способствовали этому кругообороту. Воскресение природы и её сил, хранителями и носителями которых считались находящиеся в земле, но всё же не совсем умершие предки, - всё это сливалось в один поток обрядов и обычаев очень ясных, по мнению В.Я. Проппа, в их аграрной направленности. Впрочем, этот исконный смысл заупокойных обрядов давно забылся, но они совершались по традиции, полагает учёный.

    Также во многих праздниках можно установить какую-то имитацию похорон. При этом обряды, имитирующие похороны, обставлены не трагически, а наоборот, комически.

    На святках подражали церковным похоронам (игра в «умруна»).

    На масленицу сначала устраивалось созидание чучела масленицы, а затем торжественные её проводы, имеющие характер похорон. При этом куклу вывозили на озимь, т.е. на засеянное поле, где её сжигали или разрывали на части  и разбрасывали. Это должно было обеспечить озимым успешный рост.

    Следующий праздник, в который соблюдались похоронные обряды, был праздник Семика и Троицы. После завивания берёзки её уничтожали примерно так же, как и масленичную куклу. Берёзка рассматривалась, считает В.Я. Пропп, как вместилище растительных сил, которые таким образом пытались передать полям. Если же березку топили, то так стремились обеспечить на лето достаточное количество влаги.

    На русальной неделе русалок переводили из леса на поля. А т.к. русалки – существа водяные, их выход на поля обеспечивал земле нужную влагу. Проводы русалок также напоминают проводы масленицы.

    На день Ивана Купалы сжигали какое-нибудь дерево или делали чучело, которое потом уничтожали. Дерево и чучело имели то же значение, что и семицкая берёзка или масленичная кукла.

    К числу обрядовых похорон относятся и похороны Костромы (совершались в различные сроки от Троицы до Петрова дня). Она воплощалась в образе куклы, которую носили по деревне, а затем топили или хоронили где-нибудь в поле.

    Аналогичный обряд – похороны «кукушки». Хоронили ветку, одетую в женский костюм, или травку «кукушкины слёзки». Её зарывали на огороде, что соответствует разбрасыванию по земле на масленицу.

    По теории Д. Фрэзера, применимой к западноевропейскому материалу, убивали божества растительности. Делали это, чтобы вызвать их воскресение, которое обеспечивает возрождение природы весной, рост растительности.

    Эта теория подтверждает, что имитация похоронных обрядов в русской традиции имеет целью воздействовать на плодородие земли. Представления о воскресении же как таковом у нас не было: умерший воскресал в растительности.

    Сила же смеха во время убиения должна была обеспечить земле плодотворящую силу, помочь ей в родах. Смех влиял на природу не непосредственно, а через воскресение умерщвлённых  антропоморфных олицетворений праздника, которые воскресали в травах и злаках, которые своей смертью и своим воскресением будто бы создавали урожай.

    Также в современной науке есть мнение, что имитация похорон была способом помянуть заложных покойников, о которых говорилось выше.

    03.11.2016, 341 просмотр.


    Уважаемые посетители! С болью в сердце сообщаем вам, что этот сайт собирает метаданные пользователя (cookie, данные об IP-адресе и местоположении), что жизненно необходимо для функционирования сайта и поддержания его жизнедеятельности.

    Если вы ни под каким предлогом не хотите предоставлять эти данные для обработки, - пожалуйста, срочно покиньте сайт и мы никому не скажем что вы тут были. С неизменной заботой, администрация сайта.

    Dear visitors! It is a pain in our heart to inform you that this site collects user metadata (cookies, IP address and location data), which is vital for the operation of the site and the maintenance of its life.

    If you do not want to provide this data for processing under any pretext, please leave the site immediately and we will not tell anyone that you were here. With the same care, the site administration.