Разумное. Доброе. Вечное.

AAA
Обычный Черный

Рекомендованное

Котики

Опрос

Навигация

Стих дня

Всякая поэзия есть выражение душевного состояния.
© Бергсон А.

17 ноября

Про колбасу

а это кто бредет во мраке
лохматый страшный и босой
так это ж петр на кухню за кол
басой

Новости культуры от Яндекса

ГлавнаяЛитературоведение и теория литературыРитм как универсальный способ организации художественного материала


Кто не делится найденным, подобен свету в дупле секвойи (древняя индейская пословица)


Ритм как универсальный способ организации художественного материала

Одной из фундаментальных характеристик художественной речи является ритм, поэтому именно со специфики ритма художественной прозы уместно начать ее анализ. В стихе ритмическая закономерность выступает как единый исходный принцип развертывания речи, кото­рый изначально задан и вновь и вновь возвращается в каждой следу­ющей вариации. В прозе же ритмическое единство —итог, результат речевого развертывания, а предпосылки и исходные установки этого итога не получают отчетливого речевого выражения. В прозе — един­ство, кристаллизующееся из многообразия. В стихе, напротив,—многообразие, развивающееся из ясно провозглашенного и непосред­ственно выраженного единства.

Интересна в этом отношении характеристика прозы с поэтической точки зрения в заметках О. Мандельштама: «Для прозы важно содер­жание и место, а не содержание — форма. Прозаическая форма — синтез. Смысловые словарные частицы, разбегающиеся по местам. Неокончательность этого места перебежки. Свобода расстановок, В прозе — всегда "Юрьев день"». Действительно, в прозе каждый сле­дующий шаг ритмического движения не предопределяется предыду­щим, а заново формируется на каждом новом этапе этого движения. В итоге же в художественной прозе обнаруживается объединяющий структурный принцип, скрытый в глубинах обычного речевого развер­тывания. Непредсказуемость очередного шага на основании предыду­щего входит в сам этот принцип. Однако отдельные моменты ритмического движения более или менее вероятны в свете закономер­ности развивающегося целого, системы складывающихся речевых свя­зей. Так что «Юрьев день» существует в пределах этой системы.

А вот свободный стих именно потому является стихом и даже очень ярко демонстрирует специфику стиха, что при минимальном сходстве сопоставляемых речевых единиц в нем с максимальной отчетливостью проявляется структурообразующий принцип их приравнивания и двой­ной сегментации: ритмического деления на стихи-строки и синтакси­ческого —на предложения и синтагмы. Ритмическая проза, напротив, воспринимается как особая разновидность именно прозы, так как, сколь бы ни были многочисленны различного рода повторы, синтак­сические параллелизмы, в ней отсутствуют двомиоечленение и заданная равномерность ритмических членов. В ритмической прозе единообра­зие и повторяемость не заданы как общий закон речевого устройства. Первичные ритмические единицы — колоны — это одновременно и синтаксические единства — синтагмы.

Специфика прозаического ритма проявляется в двойной системе соотношений. Во-первых, этот ритм противостоит стихотворному (где единство задано, где приравнены друг к другу отдельные отрезки речи), отталкивается от него. Во-вторых, ритм художественной прозы соот­носится с многообразием и изменчивостью естественного ритма речи в ее различных функциональных стилях. При этом внутри ритмиче­ского единства прозаического произведения могут наблюдаться разные формы ритмической регулярности (вспомним, например, о функцио­нальной роли фрагментов «ритмической прозы» в сложной системе повествования Лермонтова или Гоголя). С отмеченными особеннос­тями ритма связано и более общее качество художественной прозы сравнительно со стихом —перенос центра тяжести с высказываемого в слове субъективного состояния на изображаемую словом и в слове действительность в ее объективной и субъективной многоплановости.

Прослеживая историю семантики и употребления греческого слова puO^óe, Бенвенист (1974, с. 377-385; глава XXX; Понятие «Ритм» в его языковом выражении) говорит, что оно «от самого своего возникновения вплоть до аттического периода никогда не означало "ритм"», что его постоянным значением было «отличительная форма; соразмерный вид; расположение» (с. 381-382). На определение уже осуществленной, постоянной формы у греков были иные слова — а%тціа, |іорфГ|, ei5oe. 'PuOjióe же с его формантом — (0)|ióe;

Позже, у Платона, слово «ритм» употребляется «и в смысле "отличительной формы, расположения, соразмерности"» и применяется к «форме движения, которое совершает человеческое тело в танце, и к расположению фигур, в которое это движение выливается».

Самые древние традиции в исследовании ритма принадлежат эстетике, и категория ритма - одна из древнейших в эстетике. Во многих эстетических концепциях прошлого, от Античности до Просвещения, ритм рассматривался в качестве одного из универсальных структурных принципов построения объекта, как природного, так и созданного руками человека. В различных эстетических теориях находились новые и новые аргументы в пользу того, что ритм - один из признаков красоты. Заслуга классической эстетики в том, что она поставила проблему соотношения различных сфер действительности и искусства. Во второй половине XIX века, когда сформировалась экспериментальная эстетика, ритм стал изучаться в плане восприятия его субъектом. Работы Г.-Т. Фехнера и Г. Л. Гельмгольца выявили новые аспекты в изучении проблемы ритма как психофизиологического и эстетического явления.

Повторность как основа ритма имеет устойчивый и ярко выраженный характер, обладающий определенной каноничностью, только в поэзии. Она дает возможность для количественного измерения ритма с помощью строгой меры- метра. Художественная проза ритмична по другой, более свободной схеме.

Для объяснения ритма прозы выдвигаются различные теории. В большинстве ранних теорий XX века ритм прозы определялся по соотнесенности с ритмом стиха. В России в начале века об этом писали Л. Гроссман, Н. Энгельгардт, Н. Бродский, А. Белый, М. Гофман, которые изучали прозу Пушкина, Гоголя и Тургенева. Они видели художественную ценность прозы в ее близости к стиху. Наблюдения Б.В. Томашевского также отражали тенденцию к поиску в прозе ритмических закономерностей, характерных для поэзии.

В середине двадцатых годов A.M. Пешковский начал лингвистическое изучение ритма прозы, основанное на членении речевого потока на такты, фразы и периоды. Отвергая попытки А. Гроссмана свести прозаический ритм к стихотворным размерам, A.M. Пешковский исключил из своего наблюдения и слог как ритмическую единицу. Главным мерилом ритма для A.M. Пешковского являлись большие паузы, разделяющие фразы и еще большие, разделяющие предложения. Противопоставление прозы и стиха завершилось, во-первых, отрицанием ритмической организации в естественной прозе и, во-вторых, выделением трех крупных ритмических единиц художественной прозы: такта, фонетического предложения и абзаца.

Интерес лингвистов к ритму не ослабевает и в настоящее время. Основные направления изучения речевого ритма художественного текста сводятся к выявлению важнейших характеристик речевого ритма, определению ритмических единиц и принципов их выделения в потоке речи, количественному выражению ритмичности, сравнению ритмичных и неритмичных текстов с целью установления их типических отличий, определению способа обозначения на письме особенностей ритмической организации текста.

В филологии утверждаются следующие положения:

  • организованность речевого движения на сегментных уровнях осуществляется за счет временной соизмеримости длительности сменяющих друг друга единиц различных языковых уровней;
  • речевой ритм есть регулярное повторение сходных и соизмеримых речевых единиц, выполняющее структурирующую, текстообразующую и экспрессивно-эмоциональную функции;
  • ритмическими единицами текста могут быть единицы каждого языкового уровня, если их каждое повторение будет сходным и соизмеримым;
  • ритм художественного произведения зависит от синтаксического строя языка, на котором оно написано;
  • особенности ритма в конкретном тексте подчинены его основной идее.

Ритм выступает как значимый фактор сообщения, участвуя в конструировании всего текста (его содержательности и выразительности), и эта универсальность ритма определяет принципы изучения художественного текста.

Функции ритма

Одна из наиболее очевидных функций ритма — это организация и единение материала, посредством которого данный ритм манифестируется. Такое единение осуществляется двояко: носители ритмически слабых и сильных позиций становятся по отношению друг к другу эквивалентными и однородными, гомогенными, независимо от их физических разниц, почему и воспринимаются как принадлежащие одному и тому же ряду; конституируясь как «повтор повтора», ритм строит все более крупные единицы, которые охватывают собой предшест- вующие более мелкие единицы, и этим самым прежде составное превращает в одно целое, а прежде целое — в часть более крупного целого. Так ритм обеспечивает единство (связность) ритмизированному речевому потоку или любому иному объекту.

Другая функция, родственная первой, заключается в том, что именно ритм как нельзя лучше противостоит внешней «аморфной» или иноструктурной среде и всяким внешним помехам. Ее можно определить как отграничение или отключение от окружения. Тут, в частности, реализуется и эстетическая функция ритма как рамок, позволяющих сосредоточить внимание на объекте (речи) ради него самого. Причем данное отграничение происходит на уровне поглощения ритмом занимаемого им (и его носителем) места и времени — ритм сам становится основой текста, но вместе с тем и первостепенным, структурно значимым, уровнем этого текста.

В общем, подробнее - у Томашевского и Фарино, в учебниках.

Для совсем интересующихся - книга "Ритм художественной прозы" Гиршмана.

Еще вот такая статья есть: РИТМ ПРОЗЫ: ИСТОРИЯ И ТЕОРИЯ ВОПРОСА

1619
05.03.2016 г.

Яндекс.Метрика
Рейтинг@Mail.ru


Индекс цитирования

Уважаемые посетители! С болью в сердце сообщаем вам, что этот сайт собирает метаданные пользователя (cookie, данные об IP-адресе и местоположении). И как ни прискорбно это признавать, но это необходимо для функционирования сайта и поддержания его жизнедеятельности.

Если вы никак, ни под каким предлогом и ни за какие коврижки не хотите предоставлять эти данные для обработки, - пожалуйста, покиньте сайт и забудьте о нём, как о кошмарном сне. Всем остальным - добра и печенек. С неизменной заботой, администрация сайта.