Разумное. Доброе. Вечное.

AAA
Обычный Черный

Рекомендованное

Опрос

Навигация

Стих дня

Всякая поэзия есть выражение душевного состояния.
© Бергсон А.

17 ноября

Про колбасу

а это кто бредет во мраке
лохматый страшный и босой
так это ж петр на кухню за кол
басой

Новости культуры от Яндекса



Кто не делится найденным, подобен свету в дупле секвойи (древняя индейская пословица)


Ирония и оксюморон

Ирония

Ирония (от др.-греч. ε?ρωνε?α «притворство») — сатирический прием, в котором истинный смысл скрыт или противоречит (противопоставляется) смыслу явному. Ирония создаёт ощущение, что предмет обсуждения не таков, каким он кажется.

Ирония — употребление слов в отрицательном смысле, прямо противоположном буквальному. Пример: «Ну ты храбрец!», «Умён-умён…» Здесь положительные высказывания имеют отрицательный подтекст. 

Явно-притворное изображение отрицательного явления в положительном виде, чтобы путем доведения до абсурда самой возможности положительной оценки осмеять и дискредитировать данное явление, обратить внимание на тот его недостаток, к-рый в ироническом изображении заменяется соответствующим достоинством.

Подчеркнутость притворного тона — необходимое условие для осуществления иронии.

Это условие достигается либо при помощи всего контекста, подсказывающего именно ироническое, а не буквальное понимание того или иного отрывка, либо хотя бы лишь при помощи особой иронической интонации. В письменной речи на такую интонацию могут указывать кавычки.

Изображая отрицательное явление в положительном виде, ирония противопоставляет таким образом то, что должно быть, — тому, что есть, осмеивает данное с точки зрения должного. В этой функции иронии — ее сходство с юмором, тоже подобно иронии вскрывающим недостатки различных явлений, сопоставляя два плана — данного и должного. Подобно иронии и в юморе основанием, сигналом для сопоставления двух планов — данного и должного — служит откровенно, подчеркнуто демонстрируемое притворство говорящего, как бы предупреждающего, что его слов нельзя понимать всерьез. Однако если ирония притворно изображает должное в качестве данного, то юмор, наоборот, притворно изображает данное в качестве должного. Юмор гоголевских повестей и поэмы «Мертвые души» осуществляется именно через притворно-серьезный тон рассказчика, якобы наивно приемлющего все нелепости и недостатки изображаемой жизни, якобы рассматривающего изображаемую жизнь глазами своих героев. И в иронии и в юморе даются два отношения автора к изображаемому: одно притворное, другое — подлинное, и в иронии и в юморе интонация противополагается буквальному смыслу высказывания, но в иронии интонация несет в себе подлинное дискредитирующее отношение, в юморе — притворное уважительное отношение.

Различимые теоретически, ирония и юмор часто переходят друг в друга и до неразличимости переплетаются в художественной практике, чему способствует не только наличие общих элементов, общность функций, но и общая интеллектуалистическая природа этих двух методов художественного дискредитирования: игра со смысловыми контрастами, противопоставление логически противоположных понятий требуют четкости мысли в процессе своего создания и к ней же апеллируют в процессе читательского восприятия.

Ведя к дискредитированию явления, т. е. выражая акт оценки, юмор лишь подсказывает эту оценку при помощи группировки фактов, заставляет факты говорить за себя, — ирония же высказывает оценку, передает в интонации отношение говорящего.

Иронический приём превосходства часто становится доминирующим способом высмеивания героев литературного произведения через внешне нейтральное изложение их характеристик («Он горделиво ощущал, что двадцать девять месяцев армейской службы ничуть не ослабили его способности попасть впросак» — Джозеф Хеллер), а приём иронического снисхождения используется авторами для пессимистической оценки значимости персонажей («Если художник хочет по-настоящему взвинтить цены на свои картины, совет ему могу дать только один: пусть руки на себя наложит» — Курт Воннегут). Действенным ироническим способом коротких форм жанра юмораявляется коннотационная оговорка, рассчитанная на быструю реакцию читателя или зрителя («Врачи боролись за его жизнь, но он выжил» — Михаил Жванецкий).

Более жёсткими, бескомпромиссными формами иронии можно считать сарказм и гротеск.

Сарказм обычно характеризуется как злая ирония. Однако определение «злая ирония» требует уточнения. Ирония может быть названа злой и в зависимости от своей меткости и в зависимости от проявляемого в интонации отношения говорящего. Точнее поэтому будет определить сарказм как иронию, выражающую страстно-отрицательное, негодующее отношение к чему-либо. Саркастически звучат полные социального негодования и морального возмущения монологи Чацкого.

Гротеск (фр. grotesque, буквально — «причудливый», «комичный»; итал. grottesco — «причудливый», итал. grotta — «грот», «пещера») — вид художественной о?бразности, комически или трагикомически обобщающий и заостряющий жизненные отношения посредством причудливого и контрастного сочетания реального и фантастического, правдоподобия и карикатуры, гиперболы и алогизма. Может быть также присущ художественному мышлению (произведения Аристофана, Лукиана, Ф. Рабле, Л. Стерна, Э. Т. А. Гофмана, Н. В. Гоголя, М. Твена, Ф. Кафки, М. А. Булгакова, М. Е. Салтыкова-Щедрина).

Использование в разговоре слова гротеск обычно означает «странный», «фантастический», «эксцентричный» или «уродливый», и, таким образом, часто используется для описания странных или искажённых форм, таких, как маски на празднике Хеллоуин или гаргульи на соборах.

Также понятие гротеска может относиться к специфической разновидности орнамента, в котором сочетаются изобразительные и декоративные мотивы. Подобные сочетания, как правило, имеют причудливый либо фантастический характер.

Как художественный образ гротеск отличается двуплановостью, контрастностью. Гротеск — всегда отклонение от нормы, условность, преувеличение, намеренная карикатура, поэтому он широко используется в сатирических целях. В советской литературе бытовало мнение, что гротеск и сатира — понятия почти одинаковые: гротеск — «форма сатирического изображения, сатиры без гротеска не бывает». Однако Г. Абромович, А. Бушмин, Б. Дземидок, Д. Николаев и В. Фролов эту точку зрения опровергают.

Примерами литературного гротеска могут служить повесть Н. В. Гоголя «Нос» или «Крошка Цахес, по прозванию Циннобер» Э. Т. А. Гофмана.

Формы иронии

  • Прямая ирония — способ принизить, придать отрицательный или смешной характер описываемому явлению.
  • Антиирония противоположна прямой иронии и позволяет представить объект антииронии недооценённым.
  • Самоирония — ирония, направленная на собственную персону. В самоиронии и антииронии отрицательные высказывания могут подразумевать обратный (положительный) подтекст. Пример: «Где уж нам, дуракам, чай пить».
  • Сократова ирония — форма самоиронии, построенная таким образом, что объект, к которому она обращена, как бы самостоятельно приходит к закономерным логическим выводам и находит скрытый смысл иронического высказывания, следуя посылкам «не знающего истины» субъекта.
  • Ироническое мировоззрение — состояние души, позволяющее не принимать на веру расхожие утверждения и стереотипы, и не относиться слишком серьёзно к различным «общепризнанным ценностям».

Оксюморон

Оксюмороноксиморон (др.-греч. οξμωρον, букв. — остроумно-глупое) — стилистическая фигура или стилистическая ошибка — сочетание слов с противоположным значением (то есть сочетание несочетаемого). Для оксюморона характерно намеренное использование противоречия для создания стилистического эффекта. С психологической точки зрения оксюморон представляет собой способ разрешения необъяснимой ситуации.

Для фигуры оксюморона характерна подчеркнутая противоречивость сливаемых в одно значений: этим О. отличается как от катахрезы, где отсутствует противопоставление соединяемых противоречивых слов, так и от антитезы, где нет слияния воедино противопоставленных понятий.
Возможность осуществления фигуры оксюморона и ее стилистическая значимость основаны на традиционности языка, на присущей ему способности «обозначать только общее». Слияние контрастных значений осознается поэтому как вскрытие противоречия между названием предмета и его сущностью, между традиционной оценкой предмета и его подлинной значимостью, как вскрытие наличных в явлении противоречий, как передача динамики мышления и бытия. Поэтому некоторые исследователи (например Р. Мейер) не без основания указывают на близость оксюморона к парадоксу.

Наличие оксюморона как стилистической фигуры само по себе, разумеется, не характеризует ни стиля ни творческого метода писателя. Правда, делались попытки видеть в обилии оксюморонов типичную черту романтического и риторического стилей — стилей эпох особого обострения общественных противоречий (Р. Мейер). Но эти попытки вряд ли можно признать доказательными. Определение значимости оксюморона для какого-либо стилистического целого возможно, разумеется, лишь путем анализа его содержания, его направленности; только тогда вскрываются существенные различия между даже словесно близкими оксюморонами — как приведенные выше Некрасова («убогая роскошь») и Ахматовой («нарядно-обнаженная»).

  • Оксюморон нередко используется в названиях прозаических литературных произведений («Горячий снег», «Живой труп», «Мёртвые души», «Невыносимая лёгкость бытия», «Бесконечный тупик», «Конец Вечности»), фильмов («Обыкновенное чудо», «С широко закрытыми глазами», «Правдивая ложь», «Общество мёртвых поэтов», «Назад в будущее»), музыкальных групп (Led Zeppelin — «свинцовый дирижабль», Blind Guardian — «слепой страж», Оргия Праведников).
  • Оксюмороны используются для описания объектов, совмещающих противоположные качества: «мужественная женщина», «женственный мальчик».
  • В романе «Маятник Фуко» герои Умберто Эко фантазируют об «университете сравнительных ненужностей» с кафедрой оксюмористики. В качестве предметов изучения этой кафедры автор приводит «урбанистику кочевых племён», «народную олигархию», «новаторские традиции», «диалектику тавтологии» и пр.
  • В названии праздника «Старый Новый год».
  • Оксюмороны часто используются в рекламе и не всегда добросовестно. Например, выражение «инвестиции на рынке форекс» — пример профессионального оксюморона, так как частный валютный рынок по своей природе не может являться объектом инвестиций, только спекуляций. (В экономической литературе часто встречается попытка разделить спекуляцию и инвестиции. Однако единого мнения нет.

Следует различать оксюмороны и стилистические комбинации слов, характеризующих различные качества: так, например, словосочетание «сладкая горечь» является оксюмороном, а «ядовитый мёд», «найденная потеря», «сладостные мучения» — стилистическими комбинациями.

1694
14.02.2016 г.

Яндекс.Метрика
Рейтинг@Mail.ru


Индекс цитирования

Уважаемые посетители! С болью в сердце сообщаем вам, что этот сайт собирает метаданные пользователя (cookie, данные об IP-адресе и местоположении). И как ни прискорбно это признавать, но это необходимо для функционирования сайта и поддержания его жизнедеятельности.

Если вы никак, ни под каким предлогом и ни за какие коврижки не хотите предоставлять эти данные для обработки, - пожалуйста, покиньте сайт и забудьте о нём, как о кошмарном сне. Всем остальным - добра и печенек. С неизменной заботой, администрация сайта.